Рассказик.

14/3/2017
Vera Polozkova
Резиновая душа.

- Ну, ты принесёшь мне завтра тетрадь с домзадом по физике?
- Нет. Терпеть не могу, когда у меня списывают.
- Это бездушно и безнравственно. Так нельзя. Думаешь, если ты одна такая умная, так уж и другим списывать не позволяется.
- Правильно, я бездушная. Моя душа висит на двух прищепках на длинной верёвке в ванной и сушится. До завтрашнего утра.
…У меня резиновая душа. Я об этом никому не расскажу, только тебе. Я стираю её каждый месяц в тазу и вешаю сушиться на выходные. Обычная душа, из латекса. Тянется и смешно скрипит, когда по ней проводят пальцем. Как перчатка.
Она вешается чуть пониже шеи. Там два специальных крючка, загнутых кверху, на них её закрепляешь и носишь. Носишь месяц, а потом стираешь. Что? Зачем стираешь? Ну, как же, она же будет грязная. И потом, если её два месяца не стирать, будет очень плохо и будет хотеться плакать. Это очень паршивое состояние, уж лучше быть совсем без души (ну как я теперь), чем ходить с не стиранной.
Душа? Ну, я не знаю, что это. Моя резиновая душа – это мусоропровод. Поэтому её и моют. Очень тяжело отстирать плевки. Их надо замывать мылом и замачивать. Тогда они отходят.
Пыль отходит легче. Но всё равно мерзко. После души вода такая чёрная остаётся.
Ещё я её штопаю. Очень неприятно, когда её рвут на части, она скрипит и лопается. И тогда весь мусор к тебе попадает внутрь, и хочется умереть на месте. Это нехорошо. Потом неделю ходишь как в воду опущенная.
Я даже знаю такой случай, да даже несколько случаев, когда люди снимают душу и не носят потом. Может, теряют, а может, другим отдают. Только это потерянные люди. Им вся дрянь сразу внутрь попадает. И они злятся и становятся жестокими. Несведущие таких называют злыми, ужасными и бессердечными. Это неверно. Сердце – это совсем другое. Это такая круглая штучка из фарфора, обтянутая оранжевым в чёрную крапинку ситцем. Его совсем по-другому чистят и чинят. У него внутри самое дорогое, что есть в жизни у человека. Если это деньги, то там деньги, если это любовь, то там любовь, если нет ничего дорогого, то там пусто. Если оно разбивается (фарфоровое всё-таки), то осколками может поранить всё внутри. Это очень долго заживает и сильно болит.
А у меня в сердце ты. Это очень опасно – держать тебя там, - потому что если ты уйдёшь, оно разобьётся, и его будет ни склеить. Но ты ведь не уйдёшь?..
Пока. Твоя мама будет ругаться, потому что ты долго занимаешь телефон. Завтра я опять одену свою душу и пойду с ней гулять. И напишу: “Не плеваться! Это трудно отстирывается.”

Октябрь 1999 года (19 лет).





Оставить комментарий

Емейл не публикуется. Обязательные поля помечены символом *